Зуля
Однажды субботним утром Андрей объявил семейству, что он решил завести собаку. Ох, что тут началось! Дети, разумеется, пришли в неописуемый восторг — Маша даже опрокинула стакан с молоком, размахивая руками. Пока бегали за тряпкой, пока вытирали стол и лужу на полу, со всех сторон на Андрея сыпались вопросы — а как назовем? а какая порода? папа, а почему ты ничего не сказал? папа, а когда поедем? папа, папа, папа…
Дождавшись, пока гвалт немного утихнет, Наташа спросила:
— Андрей, мне кажется, или мы этого не обсуждали? Это все-таки довольно важное, общее решение, как ты полагаешь? — и улыбнулась.
Андрей видел, что эта улыбка не сулит ему ничего хорошего — Наташа смотрела на него в упор, и в ее зеленых глазах не было и намека на веселье. Андрей выдержал Наташин взгляд и ответил, стараясь звучать непринужденно.
— Я же много раз рассказывал, как я с детства мечтал о собаке! Но родители не разрешали. Ужасные эти родители, правда? — Андрей посмотрел на детей, и те немедленно захихикали. У Наташи, наоборот, улыбка исчезла. Андрей вздохнул и продолжил. — Так вот, вчера у меня была сессия с моим психологом, и мы пришли к тому, что…
— Твой психолог сказал, что тебе для счастья не хватает собаки? — уточнила Наташа, подняв брови. Андрей в ответ немедленно ощетинился.
— Психолог не говорит тебе, что нужно, он помогает тебе самому разобраться! Я сто раз тебе говорил… — Андрей прервался, несколько раз глубоко вздохнул и продолжил. — Так вот, мы пришли к тому, что я совсем не радую своего внутреннего ребенка, и это плохо сказывается на моем состоянии.
— Твой дядя-психолог прав, ребенков надо радовать! — авторитетно заявил маленький Марк, и Андрей с Наташей расхохотались. Посадив Марка себе на колени, Андрей продолжил.
— В общем, мне пришло в голову, что я никогда не пытался исполнить свои детские мечты. А ведь возможности у меня есть. Понятно, что космонавтом мне уже, пожалуй, не стать. — Андрей поднял руку, увидев, что Маша уже открыла рот для очередного вопроса. — Да, я мечтал стать космонавтом, подожди. Не все мечты я могу исполнить. Но собаку нам ничего не мешает завести, правда? А представляете себе, как обрадуется маленький Андрюша, который спрятан глубоко у меня внутри? Он и мечтать о таком не мог!
Андрей крепче прижал к себе сидящего у него на коленях Марка и посмотрел Наташе прямо в глаза. Ее взгляд смягчился, улыбка теперь была настоящей. Но в этой улыбке не было радости. Было тепло, но в то же время… сочувствие, что ли? Впрочем, Андрей не стал ничего спрашивать. Было понятно, что в этот раз он победил. Андрей ссадил Марка на пол, вскочил со стула и с криком «кто лучше всех уберет свою комнату, тот выбирает собаке кличку!» выбежал из комнаты.
* * *
Андрей осознал, что у него есть собака, только тогда, когда переступил порог квартиры, прижимая к груди теплого, пушистого щенка. Всю дорогу из питомника домой он никак не мог поверить, что везет к себе домой свою собаку. Но вот, оказавшись наконец-то в гостиной, он аккуратно поставил Зулю на коврик. Коврик им заботливо вручил с собой заводчик — мол, щенку надо что-то с привычным запахом. Зуля неуверенно потопталась на коврике, повертела лобастой головой и сделала несколько шагов, обошла коврик по периметру. Снова огляделась и направилась обратно к Андрею, так и сидящему на корточках. Зуля обнюхала его ладони, чуть касаясь их влажным носом, а потом вдруг принялась их вылизывать своим теплым, шершавым языком. Андрей заплакал.
Он плакал впервые за бог знает сколько лет. Ему давно уже казалось, что на такое проявление эмоций он просто не способен — максимум, защиплет в глазах на особенно трогательном моменте фильма или книги. Но сейчас Андрей заплакал легко, как-то естественно. Он чувствовал, что тот самый маленький Андрюша — который умолял родителей разрешить ему взять щеночка; который обещал убирать всю квартиру и помогать маме на кухне, только разрешите; который чувствовал себя несчастным каждый день рождения, какой бы ни был подарок; который больше всего на свете ненавидел мультик про Карлсона — этот Андрюша сейчас плачет вместе с ним. А еще смеется от радости — ведь теперь он будет гулять с Зулей на поводке! Кидать ей мячик! Бегать с ней у речки по песчаному пляжу! Уррраааа, спасибо тебе, большой Андрей, спасибо, спасибо!…
Тут налетели дети, Наташа больше не могла удерживать их у двери. Они сразу создали столько шума и суеты, что заглушили все остальные голоса на свете. Папа, папа, я первый буду с ней играть! Нет, я, я старше, ты еще маленький! Папа, а Маша пнула меня ногой… Папа, а когда мы пойдем с Зулей гулять, ты разрешишь мне держать поводок?.. Папа, а почему ты плачешь? Ты что, не рад, папа?..
Андрей отвернулся, ему стало неловко. Он тщательно вытер глаза и ответил:
— Я ужасно рад! Это просто в глаз что-то попало, наверное, Зулина шерсть. Но уже все в порядке, и я очень-очень-очень рад. Я самый радостный папа на свете! А теперь, дети, давайте постараемся не затискать Зулю в первый же день. Ей надо освоиться… Марк, не хватай же ее за хвост. Отпусти, я сказал! Маша, не надо ее гладить, видишь, ей не нравится… Так, дети, прекратите… Да что ж такое!..
Через некоторое время Андрею и Наташе удалось навести какое-то подобие порядка. Наташа пошла готовить ужин, а Андрей достал из сумки внушительную папку, полученную от заводчика, и начал изучать лежащие в ней бумаги. Потом поднял голову, втянул носом воздух — ощутимо пахло мочой. Зуля успела описать обувь в прихожей и свой коврик. «Ничего, — подумал он, — научится терпеть до прогулки». Андрей открыл окна и погрузился в бумаги.
Через час Наташа позвала всех к ужину. Ответа не было. Наташа вышла из кухни и застала Андрея за ноутбуком. Вокруг были разложены бумаги от заводчика. Андрей сосредоточенно смотрел в экран, время от времени что-то проверяя в бумагах и шевеля губами.
— Ничего себе, — Андрей говорил себе под нос, — страховка еще какая-то. Как их выбирать-то. И график прививок, надо записать…
Запах мочи усилился. Зуля запищала из своего загончика. Андрей вздохнул, но потом улыбнулся и пошел за тряпкой.
* * *
— Нет, я не могу пойти гулять с собакой, — Наташа скрестила руки на груди. — У меня завтра утром доклад, я хочу подготовиться. Иди сам.
— Но ты же знаешь, мне тоже надо работать! — Андрей повысил голос. Зуля, услышав это, тут же убежала в другую комнату. — Я и так ходил вчера, сегодня твоя очередь!
— Андрей, ты хотел завести собаку, ты и гуляй. Я помогаю тебе, когда могу, но я не обязана. — Наташа спокойно смотрела ему прямо в глаза. — Это не моя ответственность. И вообще, пусть твой психолог с ней гуляет!
Из гостиной донесся шум, лай, потом что-то зазвенело, послышался плач. Дверь распахнулась, в нее влетела Маша.
— Папа, мама, Марк играл с Зулей, они разбили вазу, Марк порезался, дайте пластырь, я заклею…
— Стоять! — Наташа рявкнула так, что все сразу замолчали. — Маша, оставайся на кухне. Марк, стой, где стоишь, не бегай, я сейчас приду. Андрей, забери свою чертову собаку, выведи ее, вынеси, только чтобы ее здесь не было, пока я убираю!
Маша затихла, переводя взгляд с мамы на папу. Из гостиной доносились всхлипы Марка. Зуля прибежала в кухню и тявкнула. Андрей резко схватил ее за ошейник, и собака заскулила. «Папа!» — воскликнула Маша. Ни на кого не глядя, Андрей потащил Зулю в прихожую, прицепил поводок и вышел с ней на улицу.
Он шел быстрым шагом и тащил собаку за собой. Не привыкшая к таким прогулкам Зуля сначала пыталась вести себя как обычно, но Андрей не сбавлял шага, так что Зуля не могла обнюхать кусты и деревья на своей территории. Она бежала за хозяином, не понимая, что он хочет. Решив, что Андрей хочет играть, Зуля поскакала вперед, но рывок поводка тут же остановил ее, да так, что она чуть не перевернулась в воздухе. Собака села на траву, заскулила и подняла глаза на хозяина.
Андрей подошел к ней и сел рядом на корточки. Зуля смотрела на него испуганно, недоверчиво. Но потом все-таки ткнулась влажным носом в его ладони и стала вылизывать их своим теплым, шершавым языком.
Андрей обнял Зулю и закрыл глаза. Он думал о том, что скоро опять платить за собачью страховку. Что стоит поискать другого тренера для Зули. Что скоро опять делать прививки. Что соседи жалуются на лай, и с этим тоже надо что-то делать. Что по вечерам у него нет ни сил, ни желания не то что играть с Зулей, но даже вывести ее пописать.
Зуля лизнула Андрея в ухо и тявкнула. Андрей встал и пошел с ней в сторону парка. Глаза его оставались совершенно сухими.